Как найти работу за рубежом без идеального английского: история IT‑специалиста, который начал с нуля в 30 лет

Ты смотришь сериалы на английском, давно не открываешь гуглтранслейт для рабочей документации, а если в Slack напишет англоязычный коллега — спокойно ответишь.

Вроде бы всё нормально с языком. Но вот ты видишь интересную вакансию в зарубежной компании, и там нужно созвониться с нанимающим менеджером, рассказать про свой опыт, ответить на вопросы про прошлые проекты. И рука как-то сама закрывает вкладку.

До этого Тахир работал продакт-дизайнером в Альфа-банке в Казахстане: шесть лет опыта, сильное портфолио, но расти дальше было некуда. Коллеги с английским один за другим уходили в зарубежные компании, а он не мог даже откликнуться на вакансию, где собеседование на английском.

Он начал учить: репетиторы в Казахстане, преподаватель из Нигерии, потом поездка на Мальту. На Мальте стало заметно лучше — разные акценты, бытовые темы, база. Но довольно быстро уперся в проблему: его английского хватало, чтобы заказать еду в ресторане, но не хватало, чтобы пройти собеседование на позицию продакт-дизайнера.

Осенью 2024-го Тахир решил, что хватит готовиться, пора пробовать. Начал откликаться на вакансии.

Первое интервью он запомнил надолго. Рекрутер задал три стандартных вопроса. Тахир не смог нормально ответить ни на один. Не потому что не знал ответов: на русском он бы рассказал про свой опыт за пять минут, с цифрами и кейсами. Но на английском слова не собирались в предложения, мысли путались, и интервью закончилось быстро.

К тому моменту он уже два года учил английский: репетиторы, Мальта, приложения. Два года, которые не конвертировались в результат!

И тут он подумал: может, дело не в том, сколько он учит, а в том, что именно он учит? Его английский был «общий»: бытовые диалоги, грамматика, темы из учебников. А на собеседовании от него ждали совсем другого: структурно рассказать про опыт, объяснить дизайн-решения, презентовать кейсы. Грубо говоря, его два года готовили к тому, чтобы обсудить экологию или домашних питомцев, а ему нужно было объяснить, как он построил дизайн-систему и ускорил разработку на 20%.

Тахир, продакт-дизайнер из Казахстана, в 30 лет вообще не говорил на английском, в школе учил немецкий. Через два года он получил оффер в Snoonu, первом юникорне Катара, в компании масштаба Яндекса. Без идеального C1, без пяти лет зубрёжки и без какого-то особого везения. Просто в какой-то момент он перестал учить «английский вообще» и сфокусировался на том, что реально нужно для работы.

«Многие думают: я понимаю сериалы, читаю документацию, переписываюсь в чатах — значит готов работать на английском. Но пассивное понимание и умение говорить о своей работе в реальном времени — это разные навыки. На курсах General English их не разделяют. Там прокачивают грамматику и словарный запас на абстрактных темах, а человек потом выходит на собеседование и не понимает, почему слова не складываются в предложения. Они и не должны: он тренировал не тот навык».

После серии провальных интервью Тахир не сдался, но понял, что продолжать по-старому бессмысленно.

Его жена нашла курсы английского для работы в IT и digital от AgileFluent. Тахир отнесся скептически: после двух лет безрезультатных занятий очередные «курсы» не вызывали энтузиазма. Но когда разобрался, как устроена программа, увидел принципиальное отличие — и записался на программу «+1 уровень английского».

В основе курса лежит методика Just-In-Time Learning: вместо рандомных тем общего английского и полировки грамматики занятие фокусируется на том, что нужно прямо сейчас — на ближайшем созвоне, собеседовании или в переписке с командой.

«В основе подхода два принципа. Первый — CLIL: английский не ради английского, а изучение языка в контексте своей профессии. Продакт обсуждает с тьютором новые фреймворки, дизайнер разбирает кейсы на английском и так прокачивает язык предметно. Второй — Microlearning: материал разбивается на короткие смысловые блоки, которые легко усвоить. Новая лексика появляется на индивидуальном занятии, потом всплывает в группе, потом в свободном обсуждении с коллегами. Так она закрепляется надолго».

Для Тахира это выглядело конкретно: никаких абстрактных тем из учебника. Вместо этого — как презентовать кейс по методу STAR, как объяснить дизайн-решение стейкхолдеру, как вести себя на статусе с командой, как обсуждать зарплату с рекрутером.

Занятия строились на реальных материалах: подкасты англоговорящих специалистов, посты из профессиональных сообществ, обсуждение свежих тех. новостей, включая AI и его влияние на индустрию. Нужная лексика не давалась списком отдельных слов, а встраивалась в разные контексты, чтобы запоминалась через использование, а не через зубрежку. Отдельный акцент на culture fit: как звучать уместно в англоязычной рабочей среде, что на собеседовании зачастую важнее, чем безупречная грамматика.

У обычного репетитора результат зависит от одного человека, его уровня и опыта. В AgileFluent система устроена иначе: каждую неделю индивидуальное занятие с фокусом на конкретные цели и пробелы, плюс занятие в мини-группе с коллегами из IT и digital. Все преподаватели с большим опытом, а команда методистов постоянно разрабатывает материалы по новым источникам, потому что в IT лексика, инструменты и подходы меняются быстро.

Каждое занятие строилось как ролевая игра: собеседования, созвоны, рабочие ситуации. Тахир отрабатывал самопрезентацию не абстрактно, а под конкретные вакансии, на которые откликался. Учился рассказывать о кейсах по структуре STAR: на английском, с цифрами, с фокусом на своих действиях.

С фокусом на своих действиях — это был отдельный инсайт. Тахира постоянно исправляли: не говори «мы сделали», говори «я сделал». В постсоветской культуре это непривычно, но на международном собеседовании от кандидата ждут именно этого, чтобы он чётко показал свою роль и свой вклад.

«Мне постоянно говорили: перестань прятаться за „мы“. Сначала было некомфортно, казалось, что хвастаюсь. Но потом понял: если я сам не расскажу, что именно сделал, рекрутер этого просто не узнает. Это не хвастовство, это формат, к которому привыкли в международных компаниях».

Групповые занятия тоже оказались полезнее, чем Тахир ожидал. Раньше он не любил групповой формат, но тут в группе были ребята из IT: дизайнеры, продакты, разработчики. Все с похожими задачами, все учатся говорить о своей работе. Вместо «обсудите с партнёром, что вы делали на выходных» — симуляции демо-презентаций, статус-колов, one-on-one с руководителем.

Через несколько месяцев Тахир почувствовал, что готов идти дальше, и перешёл на программу подготовки к интервью — English for Job Interview. Там преподаватель с опытом работы в IT разбирает самопрезентацию, рассказ о кейсах, подготовку к неудобным вопросам — от зарплатных ожиданий до конфликтов на предыдущей работе. Международный рекрутер подключается на отдельных встречах и помогает сформулировать ответы, которые попадают в ожидания нанимающей стороны. А в конце — три mock-интервью с разными экспертами, чтобы к настоящему собеседованию формат уже был привычным.

К поиску работы Тахир подошёл системно: воронка в Notion, 400 откликов, 10 собеседований. В одной компании прошёл шесть этапов. Ему дважды предлагали senior-позицию и дважды закрывали направление, но написали в третий раз. Тахир согласился на middle-позицию: зарплата была ниже, чем он хотел, но выше, чем в Казахстане, и это был вход в зарубежную компанию, ради которой он всё и затевал.

Snoonu — первый юникорн Катара, суперапп масштаба Яндекса или Каспия. Тахир работает middle product designer, создает внутренние системы, которые оптимизируют бизнес-процессы. Параллельно поступил в Варшавский университет на Computer Science и планирует перевезти семью.

Его английский при этом до сих пор не идеальный, он сам это говорит. На созвонах с коллегами из Индии и арабских стран бывает сложно с акцентами, B2 — это ещё не C1. Но это не помешало ему получить оффер. На собеседовании оценивали не безупречную грамматику, а то, может ли он структурно рассказать про свой опыт и вести профессиональную коммуникацию. Оказалось — может.

Тахир начинал с абсолютного нуля: ни одного слова на английском в 30 лет. Если ты читаешь эту статью, ты наверняка уже дальше: смотришь сериалы без субтитров, читаешь твиттер на английском, переписываешься в рабочих чатах.

Именно с такой стартовой позицией люди обычно приходят в AgileFluent. 3000 специалистов из 34 индустрий и 32 стран уже прошли через их программы.

«Мне постоянно говорили: перестань прятаться за „мы“. Сначала было некомфортно, казалось, что хвастаюсь. Но потом понял: если я сам не расскажу, что именно сделал, рекрутер этого просто не узнает. Это не хвастовство, это формат, к которому привыкли в международных компаниях».